Написать


«На экстремумах добра»
  (Гормоны энергии: инсулин и глюкагон; цикл статей и книг «Эндокринная музыка: антропологические и культурологические эссе о гормонах», работа 3-я)
 

ЧАСТЬ 1

ЧАСТЬ 2

ЧАСТЬ 3

ЧАСТЬ 4

ЧАСТЬ 5

ЧАСТЬ 6

ЧАСТЬ 7

ЧАСТЬ 8

ЧАСТЬ 9

 



Часть 1

Максим Миранский

«На экстремумах добра»

(Гормоны энергии: инсулин и глюкагон; цикл статей и книг «Эндокринная музыка: антропологические и культурологические эссе о гормонах», работа 3-я)

 

Москва,

29 декабря 2014 года.

 

Эндокринная музыка.

  Антропологические и культурологические эссе и книги о гормонах.

 

Общее Посвящение Цикла

 

Игорю Яковлевичу Померанцеву, поэту и журналисту,

В знак благодарности

За примеры тончайшего анализа и синтеза самой ткани культуры…

 

Эпиграф:

«Вот бы взять интервью у крови.

Услышать её голос.

«Бесшумно двигаться» - это оксюморон.

Всё, что движется, - издаёт звук.

Голос крови… Это шелест? Шёпот?

Сонорный перелив?

Или лёгкий стон,

Напоминающий редукцию гласных?

Необходима настойчивая работа

С фонографами и кардиографами.

- Скажите, пожалуйста, Госпожа Кровь,

Считаете ли Вы себя носителем

Ритмической памяти человека?

Я хочу слышать Ваш голос,

Кровь!»

 

Игорь Померанцев, «Служебная Лирика», М., НЛО, 2007, стр. 71.

Эндокринная музыка: 3

«Гормоны энергии: инсулин и глюкагон».

Москва, 29 декабря 2014 года.

Посвящение

Люсеньке,

Джиммику,

Дийке,

Толие,

Марсику,

Несси,

Брюсику,

Веточке,

Гарри (Лорду Гарри)

Марте и

Тимоше (Сэру Тимоти)

 

За то, что приносили радость просто так,

Безгранично и неподдельно,

Играть вам с ангелами теперь веки вечные.

 

Эпиграф 1:

 

«Вещество – это та же энергия»

 

«Сама природа является «вечным двигателем», так как энергия не может создаваться и уничтожаться, а может только совершенствовать формы своего существования…»

Сергей Бойко, российский биофизик, Пущино, МГУ

 

Эпиграф 2:

 

«Физике сегодняшнего дня неизвестно, что такое энергия»

Ричард Фейнман, величайший американский квантовый физик, 1965

 

Эпиграф 3:

«Следует считать, что тело животного работает не как термодинамическая машина».

Уильям Томсон, Лорд Кельвин, 1852, один из отцов-основателей термодинамики, в статье «О проявляющейся в природе общей тенденции к рассеянию механической энергии» .

 

Эпиграф 4:

 

«Под лавой BMW и «опелей»

Через Садовое кольцо,

Чтобы с размаха не угробили,

Бегу с толпой заподлицо.

Я жизнь провёл на этих улицах,

И похоронный автоб'ус,

Покуда навсегда не скурвится,

Не знает, как его боюсь.

Боюсь всего – и крематория,

И даже ангела с крестом,

Боюсь заминки я, которая

Мне выйдет боком и постом.

Догнать, дожить – моя иллюзия,

Быть может, у чужих людей,

И что Канзас, что Белоруссия –

Мне всё едино, всё – ей-ей.

Глотать холодную декабрьскую

И первую июня муть,

Бежать с повадкою дикарскою

Передохнуть, передохнуть,

Чтоб жизнь сличать с всемирной пеною,

Из грязи в князи и назад,

Чтобы с ухмылкой откровенною,

Мне рай подмигивал и ад.

Я здесь, я здесь, мне деться некуда,

Зачем спешить, куда спешить,

Ловите, брейте, словно рекрута,

Но только жить, но только жить».

 

Евгений Рейн, 2011, «Под лавой BMW и «опелей»…», сборник «Память о путешествии», М., ГАЛАРТ, 2011

 

Эпиграф 5:

 

«Хочется петь и летать,

Летать и петь,

И не думать о ваших словах,

Ваших жестоких словах.

 

Хочется просто дышать,

Вовсю дышать,

И не знать ничего про тебя,

Не знать никого до тебя.

 

Хочется быть

Незаметной, невидной, неслышной, никем не опознанной,

Хочется быть

Невесомой, как пух, независимой от притяжения,

Хочется быть

Невозможной, немыслимой, недопустимой, неправильной,

Хочется жить,

Чайка летит.

 

Хочется счастья и слёз,

Обычных слёз,

И не помнить, что было вчера,

Как это было вчера.

Хочется прямо до звёзд,

До самых звёзд,

И не знать ничего про тебя,

Не знать никого до тебя.

 

Хочется быть

Незаметной, невидной, неслышной, никем не опознанной,

Хочется быть

Невесомой, как пух, независимой от притяжения,

Хочется быть

Невозможной, немыслимой, недопустимой, неправильной,

Хочется жить,

Чайка летит,

Чайка летит,

Чайка летит».

 

Земфира, «Чайка», 2013, альбом «Жить в твоей голове», 2013

 

ГОРМОН ЭНЕРГИИ: ИНСУЛИН.

 

File:InsulinHexamer.jpg

 

 

https://commons.wikimedia.org/wiki/File:InsulinHexamer.jpg?uselang=ru

Formal Chemical Structure

C 337 N 65 O 75 S 6

Белок, 3 дисульфидных мостика, 2 цепи: цепь A, содержащая 21 аминокислотный остаток, и цепь B, содержащая 30 аминокислотных остатков.

Молекулярная масса – 5808 Дальтонов.

 

 

РИСУНОК 2

 

 

Посттрансляционные модификации инсулина. 1) Препроинсулин (L - лидерный пептид, B - участок 1, C - участок 2, А - участок 3) 2) Спонтанный фолдинг 3) Образование дисульфидного мостика между А и В 4) Лидерный пептид и C отрезаются 5) Конечная молекула

 

https://ru.wikipedia.org/wiki/Инсулин

 

 

ГЛЮКАГОН

 

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/4/4e/Glucagon.png/200px-Glucagon.png

 

 

https://ru.wikipedia.org/wiki/Глюкагон

Formal Chemical Structure

NH2-His-Ser-Gln-Gly-Thr-Phe- Thr-Ser-Asp-Tyr-Ser-Lys-Tyr-Leu-Asp-Ser- Arg-Arg-Ala-Gln-Asp-Phe-Val-Gln-Trp-Leu- Met-Asn-Thr-COOH

Белок, 1 цепь, 29 аминокислотных остатков.

Молекулярная масса – 3485 Дальтонов.

 

 

План книги.

 

•  Общие сведения: энергия в физике, энергия в биологии, энергия в философии культуры и энергия в религии. СТРЕСС, ЛОМКА СТЕРЕОТИПА и ЭНЕРГИЯ.

•  Биохимия и нейроанатомия.

•  История гормона и история его изучения.

•  Механизмы.

Основные системные закономерности: гормоны энергии как голограммы .

•  Принцип мультипараметричности.

•  Принцип перестраховки (дублирования).

•  Принцип компенсации.

•  Принцип обратной связи.

•  Принцип эмерджентности (неаддитивности).

 

•  Выводы: «на качелях» феноменологической и редукционистской парадигм – холизм или ложный выбор?

 

Краткое содержание.

Показана универсальность энергии как феномена живой и неживой природы, в пространстве и во времени, и как объекта и предмета всех наук и областей, и школ мысли. Одновременно показано, что понимание и интерпретация энергии не только менялись со временем (термодинамика и теория относительности), но и разнятся в науках о живой и косной материи. Так, закон сохранения энергии – 1 закон термодинамики – соблюдается как универсальный повсюду в Космосе и на Земле без изъятий. Но 2 закон термодинамики – о неизбежном росте энергетических потерь во Вселенной – нашёл свои исключения в биологии и психологии. Энтропия – классическая мера неупорядоченности в природе – довольно глубоко трансформируется для человека и жизни в целом (шире – для любых само-воспроизводимых открытых нелинейных систем). За счёт постоянного обмена информацией (энергией) со средой обитания, за счёт умения запасать и перераспределять энергию динамическим образом и опережать, программировать и моделировать действительность, живые существа борются с распадом и максимизируют энергию. Но вектор на разрушение крайне силён, и одним из его проявлений является СТЕРЕОТИП МЫШЛЕНИЯ и ПОВЕДЕНИЯ и СТРЕСС – ещё одна универсалия, показанная даже для растений. СТЕРЕОТИПЫ, как ментальные перегородки между миром (Богом, бытием, объектом) и человеком, а также по законам энтропии, отнимают энергию. Энергетически наименее затратные, они не требуют особых усилий, а потому наиболее привлекательны для человеческого ЭГО. Однако, потакая ЭГО, соскальзывая на стереотип, вы только обкрадываете самих себя энергетически. СТРЕСС, казалось бы, тоже отнимает энергию, но не всегда. До определённых порогов давления и раздражения – по интенсивности и частоте проявлений – стресс не только не разрушает, но даже на биохимическом уровне, например, иммунологически укрепляет человека. Стресс – один из двигателей эволюции. Показано, что величайшей из иллюзий является бегство от стресса в «уютный» стереотип. В странах, где люди склонны к негативизму и бегству от реальности в стереотип (социология), превалируют болезни, индуцированные стрессом (приводятся данные ВОЗ).

•  Общие сведения: энергия в физике, энергия в биологии, энергия в философии культуры и энергия в религии. СТРЕСС, ЛОМКА СТЕРЕОТИПА и ЭНЕРГИЯ.

 

Тема энергии принадлежит к тем сквозным темам, которые объединяют самые разные сферы человеческого знания, одновременно и стирая границы между ними, и показывая их уникальность, несводимость друг к другу. Например, понимание энергии физиком (мёртвая материя) и биологом (живая материя) разнится не меньше, чем та методология, которую они применяют для изучения энергии. Одновременно закон сохранения энергии является универсальным для всех наук. Более того, он справедлив и для теологии, вопреки распространённому мнению об обратном. Ибо Бог творит не из ничего только ( ex nihilo nihil fit ), а, прежде всего, сам принцип энергии, а потому Бог свободен от закона сохранения энергии, чего никак не скажешь обо всём сотворённом.

Как мы увидим ниже, поскольку самым глубинным уровнем Божественной Природы является квантор существования (далее неделимый и не уничтожаемый полностью факт бытия НЕЧТО), то, получается, что Бог творит одновременно из Ничто (потенции мира, чистого объекта), и не из Ничто, а… из собственной же природы, из Себя же! Это момент принципиальный абсолютно, ибо, подобно ЦИМЦУМУ Ицхака Лурии (самоустранению Бога во имя свободы мира), Ничто позволяет Абсолюту творить, не умаляя этим ни собственной абсолютности, ни свободы мира и человека. Абсолют творит из Себя, но творит Иное, попуская оное в Себе. Не об этом ли говорил и великий автор «Зоара» (1274-1300) Мойша де Леон (1240-1305), когда показывал Творение как САМОРАСКРЫТИЕ Бога?

Vide : Шолем Гершом “Основные течения в еврейской мистике», Иерусалим, Москва, ГЕШАРИМ, Мосты культуры, 2004, стр. 261-303.

Для Творения Богу нужен не-Бог, Иное, Ничто, но квантор существования присущ равно и тому, и другому, а потому Ничто занимает уникальное положение: не совпадая с Богом, оно не отрывается от Него полностью – на наиболее глубоком уровне бытия («всегда есть нечто») оно, всё равно, Божественно. Итак, Бог есть Бытие, но не эмпирическое (пантеизм), а экзистенциальное (универсальное). На этом, в частности, стоит суфизм Ибн аль-Араби.

Vide : Ибн аль-Араби «Мекканские Откровения», СПб., Петербургское Востоковедение, 1995; ИШРАК, Ежегодник исламской философии, М., РАН, Восточная литература, 2012, N 3, стр. 13-263.

Экзистенциальное бытие объемлет все виды бытия от чувственного бытия до Божественного бытия, как общий множитель или даже интеграл, не умаляющий природ ни одной из реальностей.

Иными словами, для богословия энергетика мира ( vis vitae ) неисчерпаема, но не всегда доступна, а лишь при определённых условиях. Божественность её происхождения (как идеи) требует от субъекта, обратно, imitatio Dei для доступа к ней…

Физика, однако, выводит закон сохранения только для изолированных систем, для не изолированных систем требуется знать энергию окружающих систем; и в любом случае, энергия трактуется как «однозначная функция состояния системы», хотя ниже мы увидим, насколько эта дефиниция не универсальна. Классическое понимание см.: «Физика», БЭС, М., Большая Российская Энциклопедия, 1998, стр. 902-903. Более того, сам закон сохранения энергии вторичен к другому фундаментальному постулату – об обратимости времени в физике (сохранение симметрии времени, ibidem ). Однако ныне и это дебатируется (судьба любой аксиомы, ibidem , стр. 479). По крайней мере, не совсем понятно, как совместить абсолютно фундаментальную для науки в целом идею «СТРЕЛЫ ВРЕМЕНИ» с тем фактом, что для микрофизики, грубо говоря, время совершенно условно, так как её законы не меняются при его обращении вспять.

Исключения, впрочем, фиксируются и здесь: так, для распада К-мезонов T-симметрия обращения времени не соблюдается полностью ( ibidem et стр. 681). Однонаправленность макросистем не снимает проблемы, так как второе начало термодинамики также было показано не для всех и любых систем.

Природа как бы манит, дразнит нас: изначально, получается, и поступательность, и камбэки в неё заложены были.

Квантовая энергия, в отличие от классической, не континуальна, а дискретна. То есть уже в рамках физики энергия ЗАВИСИТ от объекта, варьирует в видах и формах своих.

Как здесь не вспомнить гениального Лейбница, который, критикуя Ньютона и предвосхищая Эйнштейна, доказывал зависимость фундаментальных параметров и условий бытия – пространства и времени – от характеристик вмещаемых ими объектов и систем отсчёта?

Второе начало термодинамики (макропроцессы необратимы и глобально идут с потерей энергии) не абсолютно и в классической физике. Изоэнтропийные процессы описываются и в электромагнетизме, например, в адиабатическом размагничивании ( ibidem , стр. 904).

В необратимых процессах возрастание энтропии, тем не менее, не требует, чтобы она росла для всех участников системы: растёт только общая энтропия. Энтропия – и термодинамическая, и информационная - математически показана как аддитивная функция. Таким образом, каждый в состоянии противостоять энтропии как мере распада, безотносительно к тому, как она растёт в космических масштабах. Это тем более верно, если, как мы увидим, энтропия не аддитивна при ряде условий. Жить так, КАК ЕСЛИ БЫ СМЕРТИ НЕ БЫЛО, можно двояко: извлекая из неё уроки и не извлекая. Смысл не в том, чтобы не замечать Смерти (больно и глупо), и не в том, чтобы накликать Её (вороньё не зовут), а в том, чтобы заведомо… освободиться от Её грозного образа, у под об ившись ей («умереть до Смерти», как советовал Пророк, то есть в своих слабостях во имя новой энергии). Вместить энтропию, чтобы стать больше СЕБЯ, чем снять её как проблему.

Расширяя тему, можно сказать, что это верно и в целом, во всём объёме онтогенеза. Подобно биологической рекапитуляции, культурная рекапитуляция развития… тоже сокращает энтропию! Человек в своём индивидуальном развитии в идеале проходит в снятом виде все или почти все основные этапы в истории человеческой мысли, эволюционируя ментально. Но сверхзадача видится в том, чтобы не «застрять» ни на одном из этапов, а, напротив, пройти каждый, чтобы каждый стал элементом общего вектора личного генезиса. У кого-то, при достаточно мощном воображении, это может и не принять форму искреннего увлечения, кому-то будет нужно именно это. Не форма важна, охват.

Одновременно крайне важно и вместить, претворить оные этапы, чтобы они переплавились в тебе и сделали тебя сильнее: это закладывает, если угодно, идеологический иммунитет! Как религиозность растёт от аниматизма до абстрактного богословия и мирового экуменического движения, так и отдельный человек, пройдя, например, материалистическую фазу в генезе своего менталитета, выходит потом на просторы рациональной, а затем и синтетической философии, расширяет, а не сужает своё сознание. На поздних этапах никакая мифология уже не способна будет отбросить его в прошлое.

Рекапитуляция, как и вообще эволюция, эвристична в том отношении, что она легитимирует одновременно и вектор развития, снимая все предыдущие этапы, и разнообразие личных опытов. Хрестоматийное противоречие снимается: из уникальности любого субъекта развития никак не следует, что общей истины нет, развиваться, мол, бессмысленно. Наращивать новую энергию и рисковать старой нет смысла, если истина сугубо партикулярна.

Как здесь не вспомнить Сэра Уинстона Черчилля с его – тогда казавшейся парадоксальной – идеей политического генеза: тот факт, что в молодости он был фабианцем, умеренным социалистом, левым, и фундировал, с его точки зрения, его окончательный выбор в пользу праволиберальной философии человека и общества. Черчилль в молодости как бы изжил левизну изнутри оной и в себе же. И тогда центральная идея левых – идея справедливости – не исчезла, а, напротив, получила новый, куда более реалистический, контекст, чем утопический контекст самого социализма. Ведь начав, как поборники морали и справедливости, левые по всему миру закончили, как коррупционеры и лжецы.

Или как тут не вспомнить великого суфия Айна аль-Кудата Хамадани, который ещё в 11 веке выдвигал аналогичную идею рекапитуляции, только во всём объёме философской, не только политической мысли. Вся жизнь человека, по Хамадани, это, в пределе, перманентное развитие, ко всё более широкому сознанию и целостной сущности (в терминах суфиев – ко всё большим СТЕПЕНЯМ реальности), но через СТОЯНКИ развития, ни одну из которых не желательно пропустить, но ни на одной из которых нельзя и остановиться надолго, ибо это опрокинуло бы саму сущность развития. Vide: “'Ayn al-Qudat Hamadani and the intellectual climate of his time” by Hamid Dabashi, in the “History of Islamic Philosophy”, edited by Seyyed Hossein Nasr and Oliver Leaman, Tehran, Arayeh, 1995, in 2 volumes [in English], v. I, pp. 374-433.

Развитие вообще снимает вековечную дихотомию субъективности: все точки зрения важны и интересны как мыслимые, но логически отсюда никак не вытекает, ни их равноправность, ни пределы развития. Наоборот, будучи мотиваторами и вызовами к развитию, точки зрения («стоянки») выталкивают человека за пределы «Я» на вечный поиск ничем и никем не исчерпываемой истины. ЭТО и снижает энтропию. А не философский изоляционизм любого рода и характера.

Закроешься от мира, потеряешь энергию; поставишь себя в зависимость от какой-то доктрины или от чего-то в мире, потеряешь ещё больше.

Аналогичные глубокие антропософские доктрины в разветвлённом виде существуют с древности и в буддизме. Vide : Томас Клири, Сартаз Азиз «Богиня Сумерек», Нижний Новгород, ДЕКОМ, 2003, стр. 28-47, 67-236.

Вернёмся, однако, к европейской физике. Хотя саму энтропию измерить прямо нельзя, можно измерить её динамику, сиречь, только дельту, по Клаузиусу; по Больцману также, энтропия функционально понимается, есть логарифм вероятности состояния системы.

Более вероятные состояния системы отвечают наибольшей энтропии. Этот вывод из формулы Больцмана колоссальную эвристику имеет. Принято думать, что натуральный ход вещей предполагает гауссово распределение: средние признаки, как наиболее вероятные, доминируют в популяции, и это, действительно, так. Но отвечает ли гауссово распределение эволюционной динамике? Или это скорее эволюционный срез? Гауссово «нормальное» распределение может описать популяционную стабилизацию ПОСЛЕ эволюционного скачка, но едва ли сам этот скачёк. Ибо, как хорошо известно, из популяционной генетики, экспериментирует эволюция как раз по краям гауссова колокола, где могут быть селектированы КРАЙНИЕ проявления тех или иных признаков («случайные» мутанты есть прообразы будущих видов)! Vide : Мамонтов С.Г. «Биология», М., Высшая Школа, 1991, стр. 140-146, 150-158; Professor Tattersall Ian “ Masters of the Planet : the search for our human origins ”, NYC , Palgrave - Macmillan , 2012, pp . xix - xx , 95-99, 186-198, 209-213; Яблоков А.В., Юсуфов А.Г. «Эволюционное учение», М., Высшая Школа, 1989, стр. 110-131, 154-157.

Как точно выразился Академик Яблоков, «естественный отбор ответственен за суммирование мелких отклонений» ( opus citatum , стр. 159).

Обыватель, соскальзывая в наиболее вероятное, стереотипное, охранительное поведение, думает, что накапливает энергию, но, на самом деле, он идёт по разрушительному пути максимальной энтропии. Только эксперименты дают новые горизонты.

Или в культурологии возьмём праздник – энергетический феномен, к которому мы не раз будем обращаться ниже. Праздник симптоматичен именно своей необязательностью: жить вполне можно и без праздника – да только жизнь будет совсем иной. Праздник ломает парадигму привычки, обыденности и обыкновенности, ибо он совершенно нерационален, маловероятен, выбивается из стандарта. Праздник – враг банальности. Праздник срывает с природы оковы наших «удобных» шаблонов (жить циклами, жить «по накатанному», жить энергосберегательно, угасая, в итоге). Серость на празднике не может наступать; серость на празднике может только отступать. На «вечном же празднике жизни» это умножается сторицей. Будучи переведён из категории чисто событийной в категорию мироощущения, он не нуждается даже в альтернативе, на фоне которой он определялся бы как именно праздник. Праздник менее вероятен, чем обыденность, просто потому, что чреват щедростью: на празднике энергия не экономится, но расходуется. Люди, в большинстве своём, склонны скорее к первому. А мы помним, что именно вероятные события несут наибольшую энтропию (наименьшую энергию). Вот где обывателя и подстерегает величайшая из ловушек: приобрести энергию ЗНАЧИМО нельзя, не потратив оную вне ЭГО! Чем больше ты веришь во что-то маловероятное, тем больше у тебя энергии, тем больше у тебя шансов на успех. Вот почему человеку так нужен праздник, в пределе – научиться жить так, чтобы каждый день был как праздник, в смысле оптимизма и полноты бытия, а не в смысле девальвации самой идеи праздника. Ещё пример. Так называемое социальное большинство, которое, как учат нас левые, всегда, мол, право, на самом деле просто соскальзывает на наиболее простые и вероятные модели, но, вопреки догме, это не спасает твою энергию, а отнимает оную.

Отсюда и буддистская методика сбивки цели развития: не ищи искомое, ищи сопряжённое; как только начнёшь искать искомое (это одержимость, влекущая несвободу), будешь удаляться от него сколь угодно долго. Поставишь так называемую невозможную цель (невероятную), добьёшься того, что она станет возможной. Только «невозможное» вскрывает энергию, обрушивая энтропию.

Пессимизм и стереотипы потому и деструктивны для жизни, что, как наиболее вероятные модели (в них легче всего соскользнуть энергетически), они повышают энтропию, распыляя энергию (снижая этим меру её концентрации).

Проще, удобнее верить в плохое и не верить в людей, то есть верить в наиболее вероятное, но этим ты не только выкликаешь его наступление (механизмы самореализующегося прогноза), но и обкрадываешь себя энергетически (то есть, твоя энтропия растёт). Самое пространство жизни сокращается.

Низкая энтропия отвечает также ФЛЮКТУАЦИЯМ статистической физики (энциклопедия «Физика», opus citatum , стр. 904), как менее вероятным состояниям. Хочется напомнить, однако, о той поистине фундаментальной роли, какую квантовые флюктуации играют в любых моделях эволюции космоса и нашей Вселенной (Хокинг, Грин, Пенроуз, Гут). В частности, без них не объяснима ни нынешняя динамика расширения, ни образование чёрных дыр, ни образование галактик, ни распределение в них масс. Спонтанные флюктуации вытекают прямо из принципа неопределённости Гейзенберга, имеют отрицательную энергию (которая может сокращать суммарную энергию космических струн, а стало быть, и массу). Наоборот, струна с предельно большой энергией и, значит, большим размером, скрадывает квантовые флюктуации, которые иначе не дают применить законы космологии к квантовым объектам. Это оказалось фундаментально важным не только для синтеза 3 так называемых стандартных взаимодействий сил и частиц (уже было сделано), но и для объединения всех 4 взаимодействий, включая гравитацию, в рамках одной теории квантовой гравитации. Vide : Грин Брайан “Элегантная Вселенная: супер-струны, скрытые размерности и поиски окончательной теории», М., УРСС, 2005, стр. 106-114. Вновь мы видим смычку и сопряжение развития и нетривиальности (здесь – низкой вероятности). Как ниже мы ещё увидим сопряжение развития и неравновесия: только вдали от равновесия подлинное развитие идёт, СНИЖАЯ ЭНТРОПИЮ. Итак. Переход к менее вероятным состояниям влечёт снижение энтропии. «Закон возрастания энтропии выполняется только в среднем для большого промежутка времени» (Зубарев Д.Н., ibidem).

Энтропия изучалась и как информационный показатель. Чем больше неопределённость, тем выше энтропия в теории информации. При полной определённости энтропия равна 0.

Гуманитарным аналогом напрашивается Любовь, в которой этика доверия – определённости – максимальна. Конечно, доверие играет ключевую роль в формировании многих социальных и личных чувств, меняет самый тип общественных отношений, но только в Любви бытийную и ментальную полноту оно обретает.

Вернёмся, однако, к сравнению физической и биологической энергии. В биологии время, напротив, сильнейшим образом зависит от природы объекта. (В новейшей физике – в ОТО, например – от его параметров и от природы тоже, хотя и иначе, чем в биологии!) Время простейшего, время насекомого и время птицы иначе текут, иначе квантуются. Геологическая, биохимическая, а потом и антропогенная эпоха идут с явным ускорением. Не последнюю роль здесь играет сознание и его эволюционные предшественники, для которых время всё более субъективным становится, уж точно – субъектным. Биологическое время, сверх того, необратимо при любом масштабе: идёт ли речь о микробе или о биосфере в целом.

Vide : Академик Вернадский В.И. «О жизненном (биологическом) времени» и «Проблема времени в современной науке», в сборнике «Труды по философии естествознания», М., Наука, 2000, стр. 112-196.

Всё это тотчас меняет и структуру энергии. Например, как мы ещё увидим, 2 начало термодинамики в чистом виде на живое вещество не распространяется. Негэнтропийные силы жизни колоссальны. Живое вещество не столько запасает и расходует энергию, сколько трансформирует и мобилизует оную, сливая, совмещая энергопроизводительные и энергозатратные процессы в один биологический процесс – эволюции на всех этажах биосферы. По меткому выражению отечественного биолога-теоретика, «эволюция всегда в определённой мере есть функция энергетики Земли» (Реймерс Н.Ф. «Биологический словарь», М., Наука, 1991, стр. 506). I dem vide : Реймерс Н.Ф. «Концептуальная экология», М., РОУ, ИЦ «Россия молодая», «Экология», 1992, стр. 103-107.

Как известно, механизмом сопряжения экзотермических реакций и эндотермических реакций в ЛЮБОМ организме является обмен веществ – метаболизм (Реймерс Н.Ф., «Биологический Словарь», …, стр. 506-507; Бойко С.В. «Основы механизма физических процессов», М., УРСС, 2008, стр. 170-205; он же «Физическая реальность эволюции неорганической и органической природы», М., УРСС, 2012, стр. 167-206).

Более того, если в классической термодинамике энтропия максимальна при равновесии, то, как быть с биологическими системами, которые фундаментально характеризуются как далёкие от равновесия, глубоко неравновесные, что, кстати, составляет и сам механизм их адаптации?

Равновесие в пределе необратимо – отвечает максимальной энтропии…

То есть подлинное развитие возможно только вдали от гармонии с собой : в противном случае вы просто не найдёте на него энергии. Гармония энтропийно исподволь разрушает.

Смерть увеличивает энтропию, жизнь снижает, но только когда осуществляет работу против равновесия. Расход же энергии на жизнедеятельность компенсируется метаболически процессами синтеза. Не идёт рост энтропии в жизни изолированно! Всегда у